Буддист-патологоанатом в Перми? Почему бы и нет!

Он самый обычный молодой человек, носит такую же одежду, как и все. Вы не обратите на него внимания на улице, но он отличается от большинства людей. Мы взяли интервью у пермского буддиста. Он рассказал, почему сменил веру, как к этому относятся близкие и не мешает ли это его работе. Ах, да, он патологоанатом. 

Буддисты?

Что вы знаете о буддистах? Как вы их себе представляете? Буддисты – это те самые люди в оранжевой одежде и лысой головой, которые вечно медитируют? 

Да, такие буддисты существуют и зовутся они монахами. Однако есть буддисты-миряне, которые ведут несколько иной образ жизни. И они живут даже в нашем городе. 

С 2002 года в Перми существует группа буддистов, которая относится к течению Карма Кагью. Количество участников не превышает 20-30 человек на весь край (для сравнения: число православных верующих намного превышает 500 тысяч). 

Какова жизнь буддиста в Перми? 

Мы общались с Иваном (имя изменено). Он молодой и привлекательный молодой человек, по которому совсем не понять в каком он вероисповедании замешан. Буддисты его группы ходят в обычной одежде и ведут вполне себе светский образ жизни: ходят на работу, в магазин, ресторан и кино, женятся, рожают детей.

– Сколько лет ты в буддизме и почему?

– В буддизме я с 2009 года. Где-то во время обучения в университете я стал наобум читать всё, все виды восточных религий, философий, даже залез в христианскую религию. И просто роясь во всем этом на протяжении трех-четырех лет, я выбрал буддизм. Он показался мне абсолютно логичным по своей структуре. То, о чём говорится в учении Будды очень ясно. То есть для меня это очень важный критерий во всём, во всех вещах, которыми я занимаюсь. Эта максимальная ясность для того, чтобы я понимал, о чём идет речь, и я мог это применять в жизни.

– Что думают о твоём выборе ближайшее окружение? Семья? Друзья?

– Те, которые буддисты, очень поддерживают. Насчет семьи. Я сам не из Перми, из Соликамска и живу в отдалении от семьи. Но в целом, когда я только встретился с буддизмом и рассказал об этом родителям, они отреагировали негативно. Понятно, что встреча с любым незнакомым, чем-то экзотическим всегда вызывает некоторый негатив. Я просто успокоил их и придал уверенности, что если здесь что-то не так, то я уйду из этого центра. Потом уже родители видели, что со мной происходили изменения в хорошую сторону, и они больше не задавали вопросов. Более того мама несколько раз приезжала в буддистский центр, пожить там на пару дней, пока останавливалась в Перми. На работе я абсолютно никому не докладываю о своих религиозных предпочтениях. Но те, кто узнаёт, относятся без негатива. Если подвести какую-то общую черту, получится нейтралитет.

– Ты работаешь патологоанатом. Согласись, странно звучит «патологоанатом-буддист»? Тебе как-то помогает буддизм в работе?

– Когда меня пытаются критиковать, ругать, где-то унижать, например, начальство, то буддизм помогает видеть всё со стороны. Ты выбираешь сам: расстраиваться или нет. Пусть они говорят всё, что хотят. У них, наверное, сегодня плохой день, или встали не с той ноги. Ты на это смотришь со стороны и понимаешь, что в начале можешь просто на это никак не реагировать, а потом можешь ещё этому человеку как-то помочь. Даёшь ему выговориться и выплеснуть негатив. 

– А как у патологоанатома? 

– Как у патологоанатома, мне скорее работа помогает в буддистской практике, чем наоборот. Я прихожу на работу, и большую часть моей работы составляет вскрытие патологоанатомическое,когда мы работаем с трупом. Может быть, конечно, глаз замыливается со временем, и ты к этому привыкаешь, но потом снова освежается это состояние, когда я понимаю, что на самом деле человек действительно не является своим телом. Но это уже глубоко в философию буддизма нужно углубляться, чтобы понять, о чём я.

– Расскажи про пермский Буддистский центр?

Да. Это больше похоже на собрание друзей, энтузиастов, которые просто объединены общей идеей. Мы организовали в Перми это место для себя, чтобы могли собираться. На данный момент мы арендуем двухэтажную квартиру в центре города. Туда может прийти каждый, поговорить с нами, помедитировать.

– Важный вопрос: откуда деньги?

– У нас есть частные спонсоры, но это наши собственные буддисты. У нас есть несколько, человек пять-семь бизнесменов, наших буддистов, которые безвозмездно помогают.

– Вопрос о запретах. В буддизме же много запретов?

– Не совсем. В буддизме всё зависит от того, кем ты являешься: монахом, мирянином или ёгеном. Ёгены – это те люди, для которых не существует никаких запретов. Абсолютно. То есть, они могли иметь столько жен и мужей, сколько захотят, есть всё что угодно в любом количестве. У них был один единственный критерий, чего они не могли делать – это быть расстроенными. У мирян, как мы, сейчас запретов очень немного. Основной запрет, это то, что мы не должны вредить другим живым существам. Но это действует больше на уровне советов. Нас не контролируют: никто нас не изобьет, если что-то «нарушено». 

– А мясо? 

– Меня спрашивают часто про то, ем ли я мясо и пью ли вино. Я говорю, что алкоголь пью, но если употребление начинает вредить другим людям, то мне нужно перестать. Так же с мясом. Если прихожу в ресторан и говорю «пожалуйста, убейте для меня вот того сочного карпа, который у вас там плавает в аквариуме» – этого я не должен делать. Потому что я съем мясо и послужу причиной смерти этого карпа. Но в том случае, если я прихожу в магазин, и просто беру эти продукты, которые были убиты не для меня, а просто для некой массы людей, то моё мнение о том, что их не надо убивать, ничего не изменит. 

– Давай тогда подведем итог. Ты уже отвечал на этот вопрос косвенно, но в целом, что изменилось в твоей жизни благодаря буддизму?

– В целом моя жизнь стала интереснее. Где-то более спокойной, где-то более веселой. И вот это здорово!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *