«Слышите, как тихо?» — первые слова нашей сопровождающей, сказанные после прибытия в Богоявленск.
Да, действительно. Как в тот самый момент на праздновании дня рождения. Будто все замерли, ожидая момента задувания свечей, чтобы сразу после громко закричать и продолжить веселиться, а именинник всё бегает и бегает глазами, пытаясь придумать что-нибудь достойное момента. Но как ни загадывай, из окружающих нас домов никто радостно не выбежит, ни через миг, ни позднее — все деревянные постройки давно пусты.
От Карагая до Богоявленска мы ехали чуть меньше часа, вся дорога сквозила через деревни. Живые деревни, населённые.
Говорят, урбанизация — это нормальный, естественный процесс. В некогда крупном селе из-за построившихся поблизости комбинатов не стало работы, школа с больницей закрылись — осуждать уехавших жителей и правда сложно. Хотя комментаторы в социальных сетях всё же нашли повод и при каждом упоминании Богоявленска в сообществах Карагайского округа восклицают: «Как они могли бросить такую красоту?!». Речь о храме Равноапостольной Царицы Елены.
Кубическая постройка из когда-то красного кирпича виднеется с самого въезда, и даже отойдя, взглядом хочется к ней вернуться. Притягательно странная — всё из-за не пойми откуда взявшихся колонн. Нет, история появления храма, конечно, известна, даже банальна для нашего края: Строгановы захотели и всё оплатили. Только вот почему деревенские строители в 1840 году решили вспомнить Византийские архитектурные традиции и возвели перед входом четыре огромных столба?
Сейчас от покрытия купола почти ничего не осталось, из-под снега свисает засохшая трава, штукатурка на стенах ещё как-то держится. Закрыли храм в 1936. Такой ли он интересный внутри, сейчас не посмотреть — окна и двери старательно заколочены.
— Знаете, я когда к поездке готовилась, на странный снимок наткнулась, будто бы недавний. Там рядом с этой церковью длинный белый стол, шашлыки кто-то жарит, людей много. Это что за событие было?
— А, обычное дело, это мы День села праздновали.
Как оказалось, оригинальный храм, любимец составителей путеводителей по Пермскому краю, иногда становится ещё и центром притяжения жителей ближайших деревень. Раз в несколько лет они съезжаются на праздник, который по доброй воле организует привёзшая нас местная семейная пара — Татьяна и Василий. Кроме них в Богоявленске живут ещё три человека, первый отличается общительностью, но только в состоянии опьянения. Его покосившийся дом стоит прямо за храмом.
— Видите, дым из трубы валит? Печку растопить решил, замёрз, наверное.
Оставшиеся двое — очень верующая пара. По рассказам, встретить их на улице удаётся редко, большую часть дня они молятся. По их же инициативе несколько лет назад был открыт сбор на восстановление храма. О спонсировании от государства в этой ситуации и говорить нечего —проводить дорогостоящие работы ради удовлетворения духовных потребностей двух человек никто не будет. Пока что методом краудфандинга удалось наскрести на новый крест на крыше и колокола. Этого стартового набора «богомольным» (так их упорно называла наша проводница) хватило для организации проведения нескольких церковных служб. Последняя состоялась два года назад: с соседних деревень собрали всех желающих, выписали попа из Лысьвы, вскрыли заколоченные двери и успешно постояли-помолились.
— Только вот глупости это всё.
—Почему вы так считаете?
— Вера же, она внутри должна быть. Со мной бог всегда, хоть в рухлядь в эту и не хожу.
В Богоявленске особо не разгуляться, по крайней мере, зимой. Есть одна центральная дорога, её чистят муниципальные службы. На самом деле, они даже переусердствуют — можно убирать метров на триста меньше, там, в конце, всё равно никто не живёт.
— А здесь столовую пытались организовать, не успели немного, как раз вся история с открытием комбинатов началась, никому не нужно стало. А тут школа была у трёх берёз.
Тонкие деревья, кусты, покосившийся забор. По правую сторону дороги сломанная таксофонная будка со спутниковой тарелкой. У нас бы в городе их разрисовывали и замазывали по кругу, даже непривычно ощущается — такая удобная поверхность и никакого народного творчества.
— А здесь что было?
Второе место по критерию оригинальности, пожалуй, присужу именно этому дому. По воспоминаниям наших проводников, в 1970-х на первом его этаже располагалась администрация села, а на втором — клуб. Вещи, кажется, несовместимые, но и пространство для них такое же — верхнюю часть здания аккуратно бы отделить и поставить в ряд с другими деревянными постройками, а нижнюю, каменную, приделать к храму, так было бы логичнее. Стоит этот «котопёс» на углу, сам не знает, чего хочет.
Наши три тянущиеся пары следов за сегодня единственные на дороге. Если не заметёт, то и завтра лишь они будут обозначением жизни в этой части села.
— Надо же, как крыша едет.
Я имела в виду красиво сходящие слои снега.
— Почти угадала, дом наших богомольных соседей левее.
В противоположной стороне, у реки, есть несколько ухоженных изб. Дачники. Приезжают летом на пару недель в поиске той самой «днерождёвой» тишины. Наши же знакомые живут в ней много лет — Василий провёл здесь всё детство, уехал, наработался, вернулся на родину с женой. Слышим, она уже зовёт обедать, по-доброму ворча о нашем намерении замёрзнуть окончательно в попытке всё вокруг перефотографировать.
Можно было бы сострить, составить каламбур с названием села, что-то типа «Богопокинутовск». Мне так и не удалось разобраться — покинул Бог это место или нет. Возможно, лет через сто в селе ничего не останется, кроме Еленинского храма, уж больно хорошо он продержался до сегодняшнего дня без какой-либо реконструкции. Однажды блеск его креста на крыше увидит издалека заблудившийся велосипедист, сфотографирует и выложит в местное сообщество с подписью «Ну как же так, бросили красоту!».
Все фото: Татьяна Вечтомова
